Департамент колонизации. Глава 2

20.09.2020 0 Автор granchel

— Ой, а я вас не вижу! – раздался женский голос, такой знакомый.

В памяти Аллана сразу всплыло лицо бывшей жены: кукольные голубые глаза и губы, аккуратно очерченные и пухлые. Еще вспомнились маленькие, розовые уши и роскошные каштановые волосы.

— Привет, Рут Мойл! Ты ведь теперь Мойл?

Пауза длилась не меньше минуты. Первым не выдержал Андерсон.

— Ты уж или разговаривай, или связь отключи…

— Что тебе нужно? Все еще извинений ждешь? Ладно, хорошо… Да, я виновата. Да, я устала от нищеты. Да, мне надоело ждать эту проклятую лицензию! Да, мне захотелось…

— Успокойся, — перебил Аллан. – Я тебя ни в чем не обвинял и не обвиняю. Не мы виноваты – жизнь такая. Лучше скажи, родила или только собираешься?

— Пока…  Ой, не знаю. Честное слово, уже и не знаю даже…  Мортимер два года всё какие-то бумаги собирает, всё суетиться. Главное, и деньги на лицензию есть, и алименты он своей бывшей сполна выплачивает, а вот что-то не складывается…

— Ничего, сложится ещё, сложится. Ну, а, в общем-то, как?

— Да, нормально, вроде. Прости, конечно, но жить в отдельной квартире, с собственной ванной комнатой, гораздо приятнее, чем ютиться в комнатушке с удобствами в коридоре. Нет-нет, ты не подумай, я тебя не виню. Мы же оба интернатовские и судьба наша была предрешена ещё лет двадцать назад. А может, и тридцать… Интернат-то вспоминаешь?

— Вспоминаю, — вздохнул Аллан. – Кстати, пару месяцев назад, встретил тут Янга.

— Да ты что! И как он? Где? Чем занимается?

— Рут, как ты думаешь, а где я его мог встретить?

— Ну, всякое бывает…

— Он такой же безработный, как и твой бывший муж. И встретились мы в ночлежке. И выглядел он просто ужасно.

— Прости.

— Да брось ты извиняться! Я тебе звоню не для того, чтобы выслушивать извинения. И не для того, чтобы пробудить в тебе угрызения совести… Рут, я крепко вляпался и мне нужна помощь. Хоть какая-нибудь.

— Неужели два года уже прошли? – в голосе женщины проскользнули нотки не то испуга, не то недоверия.

— Да, Рут, два года уже прошли и меня направляют в Департамент колонизации. Ты прекрасно знаешь, что это значит, так ведь?

— Честное слово, мне очень жаль, но помочь-то я чем могу, Аллан? Если бы ты два года назад обратился к Мортимеру, он бы нашел для тебя работу. Но ты же гордый! Ты же привык добиваться в этой жизни всего сам. Ну, и добился?

— Успокойся. Сколько волка не корми, а у ишака уши больше, так ведь? Что было, то прошло. Я ведь, Рут, в Департамент не пошел…

— Ты с ума сошел! И так все плохо, а теперь еще тебя засунут в этот… как его…

— «Первый десант», — подсказал Андерсон.

— Вот именно! О чем ты только думал!?

— Ладно, хватит меня воспитывать. За одиннадцать лет не воспитала, а уж за одиннадцать минут – и не пытайся даже.

— Действительно, сколько волка не корми…

— Рут, ты можешь мне помочь?

— Милый, — её голос задрожал. Я очень хочу тебе помочь, но чем?

— Хочу попробовать пробраться в Центральную Африку. Там ещё есть несколько стран, которые не окончательно присоединились к Всемирному союзу, а вроде как имеют статус ассоциативных членов. У них там безработных не высылают.

— Правда? – удивилась женщина.

— Правда, подтвердил Аллан, но не стал уточнять, что уж там-то даже случайных заработков, судя по всему, нет. – Правда, Рут. Но мне надо пробраться на Восточное побережье, попасть как-то на корабль и…

— Тебе деньги нужны?

— Да.

— Аллан, я бы с удовольствием, но бюджетом командует Мортимер… Он вернется домой часа через два. И деньги будут. Он ведь неплохой, правда. Он поможет. Должен помочь.

— Ты ему веришь? – спросил Андерсон и тут же беззвучно хлопнул себя ладонью по лбу – более глупого вопроса придумать было невозможно.

— Я с ним сплю, дорогой. Невозможно спать с человеком и не верить ему. А я сплю с ним уже два года.

«Святая простота! – подумал Аллан. – Впрочем, может у меня слишком уж предвзятое мнение? Хотя, каким еще может быть мнение о человеке, который увел твою жену!?»

— Хорошо, Рут. Договорились. Я перезвоню через три часа…

— Аллан, у меня есть сорок юмов – сейчас я их тебе перешлю.

Внутри таксофона что-то звякнуло, брякнуло и из прорези выглянули четыре серые купюры.

— Рут, спасибо.

— Береги себя, — голос женщины опять дрогнул. – А может ещё не поздно самому пойти в Департамент колонизации? Живут же другие… Вот и фильмы показывают, интересные такие, яркие…

— Рут, — простонал Андерсон. — Ты всё так же наивна!

— Ладно, не мне и не сейчас тебя учить. Поступай как знаешь. Только я хочу, чтобы ты знал… Аллан, ты должен знать… Прости меня…

— Не надо. Я больше виноват – была ведь возможность поступиться принципами и хорошо заработать. Это ты меня прости за то, что я тогда не смог написать этот чертов донос, помнишь?

— Это когда Джулия родила нелегального ребенка? Аллан, вот этого бы я тебе никогда не простила! Никогда!

«Вот и слава Богу!» — подумал Андерсон, а вслух сказал:

— Спасибо. За всё – спасибо. Ладно, я не прощаюсь – жди связи через три часа. Надеюсь,  все будет хорошо и меня до тех пор не сцапают.

— Аллан… — собралась было ещё что-то сказать Рут, но Андерсон поспешно нажал клавишу разъединения, сунул в карман хрустнувшие купюры и вышел из кабинки таксофона.

— Три часа, три часа, — задумчиво прошептал мужчина, огляделся по сторонам и торопливо зашагал в сторону станции метро.

Он не собирался спускаться в подземку – к чему искушать судьбу и соваться туда, где полно полиции? Аллан рассчитывал «поймать» такси – свободных машин возле станций всегда бывало много.

И Андерсон не ошибся – желтых электромобилей с «шашечками» на дверцах было не меньше полудюжины.

— Куда едем? – раздался профессионально веселый голос из ближайшей машины.

Аллан торопливо, не ответив, открыл салон и расположился на заднем сиденье.

Таксист, мужчина лет пятидесяти с плутоватым, давно не бритым, лицом, привычным автоматическим движением поправил зеркало, чтобы лучше видеть пассажира и повторил вопрос, но уже не так весело:

— Ну, так куда едем?

— В Западный район, — ответил Андерсон.

Таксист полуобернулся, облокотился на спинку сиденья и прищурился.

— Парень, ты не сердись, но деньги-то у тебя есть? Уж больно ты на безработного похож… Да еще и едешь в такой район…

— Это в какой же «такой»? – усмехнулся невесело пассажир и вынул из кармана десятку.

Он просто хотел продемонстрировать купюру, но водитель ловко её выхватил со словами:

— Деньги вперед, а то всякое бывает. Особенно – в Западном районе. Некоторые просто сваливают не расплатившись. Ты, вроде, на такого не похож, но как говорится: на Аллаха надейся, а верблюда – привязывай.

— И что, проезд стоит десять юмов?

— Нет, только пять, — усмехнулся таксист и вернул пятерку. – А вообще-то, с тебя можно было б и десятку поиметь.

— Это почему же? – поинтересовался Аллан, хотя и сам догадывался – почему.

— Я, парень, тридцать лет за рулем и уже третий десяток на такси кручусь. Знаешь, каким психологом становишься, как людей начинаешь чувствовать за двадцать-то лет ежедневного общения! Кого только возить не приходилось… — и он включил электромотор. – И таких как ты возил. Да разных возил. Вот могу запросто всё про тебя рассказать, если хочешь. Но ведь ты — не хочешь?

— Не хочу.

— А мне-то, какое дело – твоя жизнь, твои проблемы, тебе и выпутываться. Пара дней у тебя есть – пока вся эта бюрократическая машина раскрутится… А потом – всё равно прижмут.

Электромобиль плавно катился по улицам, старательно объезжая центр города – там уже наступило время пробок, заторов и «затрудненного движения». Диктор сообщал о них из радиоприемника в перерывах между музыкальными номерами.

— Может музыку послушать хочешь? Не надоела моя болтовня? – поинтересовался таксист и заглянул в зеркало заднего обзора.

Андерсон пожал плечами, что было воспринято как приглашение к продолжению разговора.

— Полиция, она ведь тоже из людей состоит – пока получат ориентировку, пока там в компьютер фотку заложат…

— Это вы к чему? – холодно спросил Аллан.

— Это я просто так, болтаю. Считай, что я оцениваю гипотетическую ситуацию.

— Какую?

— Ну, предполагаемую. В смысле – «как будто»… Как будто один мой знакомый был безработным, потом его направили в Департамент колонизации, а он решил, что как будто сможет отвертеться или даже смыться. Хочешь знать, что бы я ему посоветовал?

Пассажир вновь пожал плечами.

— А я ему посоветовал бы отправиться в Южный район и найти там забегаловку под названием «Ретро». В этом месте всегда крутятся нужные люди. Если бы мой друг-знакомый им приглянулся, то они бы ему помогли. Они могли бы даже документы настоящие ему выправит – в полиции тоже люди сидят, и тоже хотят кушать.

Андерсон хмыкнул и сказал:

— Вообще-то мне кажется, что в этом городе слишком много людей, готовых помочь бедному-несчастному безработному. И, наверняка, среди них есть такие, которые очень дружны с полицией.

Таксист показал зеркалу желтые зубы и подмигнул.

— Ты прав, дружище, абсолютно прав. Только когда судьба прижмет человека к стенке, он становится очень даже изобретательным. И если он сможет раздобыть деньги на документы, то и на жизнь средства найдет. А какой смысл его тогда отправлять в Департамент колонизации? Сам подумай, удовольствие тоже не дешевое, так ведь? Ну, а если человек не получает пособия и не надо тратиться на то, чтобы сделать из него колониста, то кому он мешает? Лишь бы в систему вписался… Конечно, начни он болтаться по улицам и осквернять своим видом законопослушных граждан – быстро найдется управа. Ну, а если он чистый-аккуратный, с документами, работает, пусть и от случая к случаю, не ночует на скамейках или под мостами – чего его дергать-то?

— А почему вы мне всё это рассказываете?

— А потому, что ты из этого мира. Не из того, в котором люди, неизвестно чем занимающиеся, ужинают в шикарных ресторанах, плавают на обалденных яхтах, катаются на дорогущих машинах, принимают тупые законы. Ты из мира, в котором люди пытаются просто выжить. И я – такой же, как и ты. Те, наверху, и мы, внизу, живем абсолютно разными жизнями. Тут, главное, не мешать друг другу. Самое интересное, что те, наверху, в общем-то, ни в чем не виноваты.

— Даже так? – искренне удивился Аллан.

— Всему виной те, кто посередине – они ненавидят тех, кто наверху, потому что никогда не станут такими, и ненавидят нас, потому что боятся стать такими же. Это они считают, что безработные проедают их деньги, занимают слишком много места, своим видом напоминают о том, что никто не застрахован от ударов судьбы. Я понятно объясняю?

Андерсон кивнул.

— А еще, я бы посоветовал своему знакомому не связываться с явным криминалом – выжмут и сдадут полиции.

— Ну, а если предположить, что у вашего знакомого нет денег даже на документы?

— Деньги всегда можно заработать. Есть, к примеру, подпольные цеха, сельхоз фермы, где работают нелегалы. Конечно, платят гроши, но ведь – платят же! Есть ведь предприниматели, если их так можно назвать, которым невыгодно платить налоги. Эти люди всё еще верят, что можно пробиться туда, наверх. А пробиться можно только с помощью таких, как мы… с моим другом. Они нас ненавидят и презирают, но обойтись без нас не могут! И мы их ненавидим и презираем, но и мы без них тоже обойтись не можем. Вот такая петрушка получается, дружище!

— Да, сложно всё устроено, — согласился Аллан.

— И не говори, подруга – у самой муж пьяница, — рассмеялся таксист. – Самое интересное, что человек такая скотинка – до последнего мгновения надеется: завтра будет лучше, чем сегодня. Вот взять, к примеру, тех же безработных. Почти все сидят и ждут манны небесной. А к чему им суетиться – талоны на питание дают, если нет семьи – то и на ночлег талончики подкидывают. Опять же – бесплатный проезд на общественном транспорте: ищите, мол, работу. А потом – бац! – ваше время вышло! Кто-то  покорненько отправляется в Департамент колонизации, кто-то устраивается к нелегальным дельцам, а кто-то обращается за помощью к криминалу.

— А кто-то бежит в Центральную Африку, — задумчиво добавил Андерсон.

— И такие находятся. Некоторые даже добираются, а толку-то? Кому они там нужны? Там своих безработных больше, чем блох у бродячего пса. Кстати, хочешь — верь, хочешь — не верь, но слышал я, что в этой самой Центральной Африке последние несколько лет стали происходить случаи людоедства.

— Людоедство? В двадцать четвертом веке? Бросьте…

Таксист тяжело вздохнул, покачал головой и сказал грустно:

— Человечество вообще последние три века топчется на одном месте почти во всех сферах. Это как с виски – пьешь до тех пор, пока не опьянеешь, а потом – сколько не пей, а  пьянее не станешь. Конечно, можно после лишней рюмки и под стол свалиться, но тут главное – правильно рассчитать дозу. Вот и человечество так – достигло определенного уровня и попивает потихоньку, чтобы и на ногах устоять, и не протрезветь, не дай Бог.

— Да вы философ, — улыбнулся Аллан.

— А что делать? Не слепой же я, не глухой, да ещё и не тупой на свою беду. Вот так-то парень. Ну, извини, что перепутал Западный район с Южным – особой разницы нет. Зато тут есть «Рондо». Давай, желаю тебе удачи!

Электромобиль уже давно стоял, прижавшись к тротуару напротив здания, первый этаж которого занимало то самое заведение с громким названием, о котором говорил таксист.

— Смелее, парень! Начни новую жизнь всем назло, — улыбнулся он ободряюще пассажиру.

18.02.2012