Сказки старого колодца: Кешка и молодильные яблоки.

08.11.2018 4 Автор granchel

Кешка Кашеваров закончил первый класс,  и папа на семейном совете торжественно объявил:

— Парень ты уже взрослый, самостоятельный – деду обузой не будешь. Короче, собирай вещи – едешь в Лесачевск.

— Ура! – подпрыгнул мальчишка и помчался в свою комнату – упаковывать трансформеров и любимый конструктор «Лего».

— Ты уверен? – спросила мама папу.

— Отец сам звонил и просил – тоскливо ему в одиночестве, — ответил папа. – Да и отпуск у него как раз. В конце концов, должны же пообщаться старший Кашеваров  с младшим, без посредников.

— А мы — в Турцию? – предположила мама мечтательно.

— А мы – в Египет, — уточнил папа. – Ты Кешку увезешь к отцу, а я его потом заберу.

— Я уже готов! – ворвался в комнату Кешка, с битком набитым школьным ранцем на плечах.

Папа и мама рассмеялись.

Кешкин дедушка был еще вобщем-то не стар по возрасту, но выглядел усталым, грустным и не очень здоровым. Грустил он о бабушке, Алине Викентьевне, которой не стало позапрошлой зимой. А усталым и не очень здоровым он был потому, что общался, в основном, с пенсионерами – работал бухгалтером в райсобесе. Говорят же: с кем поведешься…

Внуку Матвей Серафимович очень обрадовался.  Сказал весело:

— Эх, мы теперь с тобой горы свернем!

— Как это? – насторожился Кешка.

— Очень просто, Иннокентий Кузьмич – сделаем мой огород образцово-показательным. Ты же любишь старшим помогать?

— Ну-у-у… Не очень, — честно признался внук.

— Не очень? – удивился дедушка. – Как же так? А я на тебя рассчитывал…

— Ладно, буду помогать, — сжалился Кешка.

— Я ведь старенький уже. Вот если бы можно было… Да, ладно…

— Что – «если»? – заинтересовался мальчишка.

— А ты никому не расскажешь? – прищурился Матвей Серафимович.

— Тайна? – спросил внук шепотом.

— Тайна! – кивнул дедушка. – Страшная тайна…

— Расскажи!

— Только – никому!

— Слово мужчины! — Торжественно пообещал Кешка, вспомнив, как в таких случаях говорил папа.

— Ну, ладно – слушай. На окраине нашего городка, возле самого леса, есть волшебный колодец…

— Деда! – сморщил нос младший Кашеваров. – Что ты мне сказки рассказываешь!?

— Слово мужчины! – обиделся Матвей Серафимович. – Сам можешь проверить!

— Ладно уж, дальше давай… — снизошел внук.

— Так вот, если подойти к этому колодцу и загадать желание, только сильно-сильно – оно обязательно исполнится. Хочешь попытаться?

— А что можно загадывать?

— А всё, — улыбнулся дедушка. — Можешь загадать всё, что угодно, только – не для себя.

— Как это?

— А вот, с чего наш разговор начался?

— С огорода, — вздохнул Кешка.

— Хорошая у тебя память. Так вот, раз я сам с огородом управиться не могу, а ты не сильно рвешься мне помочь – что надо загадать?

— Скатерть-самобранку? – предположил мальчик.

— Иннокентий Кузьмич, —  укоризненно покачал головой дед. — Мыслить надо глобально! По моему мнению, надо загадать, как минимум, молодильные яблоки. Вот помолодею я, и сам с огородом буду справляться. А ты – гуляй-играй на все четыре стороны!

Глазенки у внука загорелись и он спросил:

— Деда, а ты мне колодец  этот покажешь?

— Покажу, внучек, покажу. Я тебе специально и ведерко маленькое припас – к колодцу ходить.

— Классно! – обрадовался Кешка.

— Ну, тогда спать ложись, а завтра – к колодцу пойдем.

Мальчик в этот вечер долго не мог уснуть, все ворочался и думал о волшебном колодце, о том, как принесет он деду молодильные яблоки, как потом все лето будет отдыхать и ни-че-го не делать – гулять только, да в игрушки играть.

А Матвей  Серафимович, моя посуду после вечернего чаепития с внуком, усмехался чему-то, качал головой и тихонько повторял:

— Ай да Баба Яга! Ай да умница!

 

Утром  дедушка проводил Кешку к колодцу и научил ворот крутить, воду доставать, ведерко пристегивать-отстегивать.

— Деда, а это тот самый колодец?

— Тот самый, тот самый. Вот отнесем по ведру воды домой, и можешь возвращаться – желание загадывать.

Когда мальчик вскоре вернулся к колодцу, он внимательно огляделся, зажмурился и стал быстро-быстро говорить:

— Хочу молодильных яблок! Хочу молодильных яблок!

— Каких яблок? – спросил кто-то.

Кешка осторожно открыл глаза и огляделся, но никого не увидел. Только возле колодца, на куче камешков сидела большая-пребольшая жаба и смотрела на него, странно выпучив глаза.

— Хочу молодильных яблок. – Повторил мальчик.

— А тебе-то они зачем? – спросила жаба.

Кашка аж подпрыгнул – сработало! Не обманул дедушка! Колодец и вправду волшебный!

— А вы кто? – обратился  мальчик к жабе и высказал предположение. – Василиса Прекрасная?

— Премудрая, — уточнила жаба.

— Ага, Перемудрая! – раздался за спиной Кешки старческий голос.

Младший Кашеваров быстро обернулся и увидел перед собой Бабу Ягу! Именно такой он ее себе и представлял: горбатая, с бородавкой на носу и одета в лохмотья. Бабка сидела в ступе, держа в руках помело, и улыбалась во весь беззубый рот.

— Здравствуйте, — невольно поклонился мальчик.

— Привет, милок! Дела лытаешь  али от дела мотаешь? Тьфу! Дело мотаешь али от дела…Тьфу! Чего ты тута делаешь, короче?

— Мне яблоки нужны, молодильные. Для дедушки, Матвея Серафимовича, — объяснил Кешка.

— Знам такова, встречалися. И чё?

— Так, мне бы яблок…

— А, ну да, яблоков… Якши! Лезь в ступу!

— Зачем? – и мальчик сделал шаг назад, пряча руки за спину.

— Не боись! – опять беззубо заулыбалась старуха. – Я тебя к Лешему оттран… оттан… отвезу! Ух, Леший-то – он у нас великий лекарь, все средства – через няво! Токмо Леший и помогёт тебе! Ну, скакай в ступу! Али испужался?

Кешка набрался храбрости и залез в ступу к Бабе Яге. А та – дунула, плюнула и…

Как только ступа взлетела над землей, мальчик испугался – ну, самую капельку – и зажмурил глаза.

Не прошло и нескольких минут, как сказочный летательный аппарат обо что-то стукнулся и замер.

— Усё, прибыли! – объявила старуха.

Кешка  открыл глаза и огляделся.

Посреди лесной поляны стояла избушка на курьих ножках, а вокруг нее весело скакал Конек-горбунок, пытаясь поймать  яркую бабочку. Чуть поодаль лежал на солнышке Змей Горыныч. Левая и Правая его головы спали, мирно посапывая, а Средняя – с интересом разглядывала мальчика.

Откуда-то из леса выкатился Колобок и спел на мотив «Каравая»:

Если хочешь долго жить —

Надо руки приложить!

Надо спортом заниматься,

С гигиеною дружить!

— Катися-катися, Бизе! – махнула рукой Баба Яга и сказала Кешке. – Айда в избу!

— А ето кто, хозяйка? – спросила избушка. – Ужин али завтрак?

— Типун тебе на язык твой целлюлозный, балда курячья! Чево мелешь!? Чево ребенка пугаешь!?

Это жа внучек Матвеев!

— Ой, пардона! Ой, эскуза ми! – запричитала избушка и даже присела немного, чтобы удобнее было входить.

В горнице Кешку встретил маленького росточка дедушка, лысенький и очень-очень худой. Кольчуга на нем висела мешком аж ниже колен.

— Здрасьте, мил человек! Как звать-величать? – спросил дедок.

— Кеша.

— О! А я – Коша! Гляди-кось – почти тезки!

— Отморозки тебе тезки, — буркнула Яга и скомандовала. – А ну мечи чё есть в печи!

— Я чё, баклажан али кабачек какой? – обиделся старичок. – Эт они икру мечут всяку…

— Хорош губами шлепать – гостя надоть накормить. Чего накашеварил, мослатый?

— Ягуся! – укоризненно покачал головой дедок. – Таки выражения при дите! Стыдобушка!

— Так, милок, — ласково обратилась бабка к мальчику. – Заткни-кась ушки!

— Не нада! – взвизгнул старичок нервно и кинулся к русской печи. – Щас всё изладим! Вот картошечка горяча! А вот крылышко курячье! Вот яишенка с лучком! Вот местком…

— Какой местком! – хлопнула себя бабка ладонью по лбу. – Чаво несешь, окаянный!?

— Ага, понЯл, понЯл… Кеша, местком вчерашний, не свежий! Мы без него откушам, ага?

— Ага, — кивнул мальчик.

Только расселись по лавкам, как с поляны донесся голос – хриплый, громкий и очень похожий на голос дяди Нарулло, у которого мама всегда огурчики покупает:

— Хади, милый! Хади, мой! Хади летом и зимой! Хади на мой лавка! Будешь кушать ты узюм, разный сорный травка!

— А вот и Леший! – обрадовался дедок.

— Опять с утра по мухоморы сходил, — недовольно  буркнула Баба Яга.

— Не переделаешь уже… — развел ручонками старичок и обратился к мальчику. – А тя пошто Кешей кличут? Полно имя-то как будет?

— Иннокентий.

— Оба-на! Глянь-кось! Знатно, однако!

— А вы? Ну, ваше имя, от какого сокращенное?

— Я-то? А, я-то – Кащей. Кащей Бессмертный. Ну, как Бонд. Жемс Бонд. Видал?

Кеша кивнул.

В избу ввалился здоровенный лохматый дядька: с усищами, с бородищей, в лаптищах, с глазищами как у морского окуня – красными и навыкате.

— А вот и я, — сказал дядька, удивленно икнул и, слегка покачиваясь, прошел к столу, да так на лавку сел, что та аж скрипнула жалобно.

— А ето, — кивнула Баба Яга в сторону мальчика. – Клиент твой новый. Кеша. Матвея Серафимовича внучек.

— Ага, — буркнул Леший. — И чаво тебе, малОй?

— Мне бы, дяденька, яблок молодильных. Пожалуйста.

— Яблоков-то? Да без промблем! Ага! – расплылся в улыбке дядька. – А чё принес?

— Ничего, — растерялся мальчик.

— У-у-у, милок… Яблоков-то у меня – немерянно. Тока я их не раздаю за так, за просто-зАпросто. Купляй!

— А у меня денег нету. С собой… — совсем расстроился Кешка.

— А и были б – не продал ба! – хлопнул Леший могучей ладонью по столу, да так крепко, что аж избушка заверещала:

— Тиша тама, у нутрях! У меня ажнык крыша подпрыгнула! И лапки подкосилися!

— За деньги в нашем лесу яблоков не купишь, а молодильных – и подавно! – продолжил дядька. – Тока бартер! Ну, обмен значица…

— А на что меняете? – спросил мальчик.

— О! – обрадовался Леший. – Речь не мальчика, но – мужа! Старая, дай-кось ему гумагу и карандаш! А ты, малой, записуй! Так, короча: огурцов – сто штуков, редисков – сто шисят…

— Сто шестьдесят? – уточнил Кешка.

— Не умничай, Лобачевский!

— Кашеваров я…

— Кашеваров он! – передразнил Леший. — Ну, тады, для каши – пяток тыквов. Люблю, знаш, кашу пшену с тыквой. Ну, ишшо – памядоров семисят.

— Семьдесят?

— Самисят, семисят. Для чепчика. Чаво глазенки-то вытаращил? Для чепчика, грю… Или как ето называцца?

— Кетчуп, наверное?

— Глянь, какой грамотный! МолодцА! Кечуп, точно! А ишшо…

— Еще?!

— А ишшо, коли грамотный, скажи – есть у тя книжка кака-никака, а?

— Есть. «Незнайка на Луне».

— Пайдеть! Буш деду сваму кажин вечер читать по две страницы. Вслух! С выражениями!

— С выражением, — поправила Баба Яга.

— По две? – огорчился Кешка.

— Па три! – рявкнул Леший. – Будит он мине тута нос воротить да торговаться!

— Ладно, по три, — опустил плечи мальчик.

— «Ладна, ладна», — буркнул дядька. – И шоб по два разА кажин день на колодец приходил.

— Для отчета?

— Да на кой ляд мне твой отчет сдался!? Поводу, милок, по-во-ду! С вядерком! Прыг-скок, прыг-скок! ПонЯл?

— Понял! – кивнул Кешка. — Всё?

-Ня всё! Само главно осталося! Кажно утро и кажин вечер шоб зубья чистил, без напоминаниев! И руки мыл ба, как к столу садицца… Ну, таперича, вроде – всё… Да, чуть не забыл!

— Что еще? – обреченно спросил мальчик.

— Деду – ни слова! – хором сказали Леший, Кащей и Яга.

 

Когда Кешка вернулся домой, Матвей Серафимович ни о чем его не спросил, а позвал чай пить.

Мальчик быстренько сел к столу и только было потянулся к бутерброду с колбасой и сыром, как вдруг вспомнил что-то, руку отдернул, вскочил и побежал к рукомойнику.

Дедушка хитро улыбнулся ему вслед.

Кешку как подменили. Стал он чистоплотным да аккуратным. Сперва через силу заставлял себя дважды в день чистить зубы без напоминаний, руки мыть перед едой, а через неделю – привык, забыл даже, что выполняет одно из условий Лешего. Мальчику и в огороде понравилось работать, не сразу, правда, но – понравилось. Интересно было наблюдать, как растут огурцы и помидоры, как наливают бока тыквы, как выглядывают из земли бардово-красные редиски. А какой интересной оказалась книжка про Незнайку! Да и дедушка слушал ее с удовольствием. Читал Кешка каждый вечер: сперва по три страницы, потом – по четыре, а потом – пока дедушка не устанет.

А еще младший Кашеваров каждый день ходил к колодцу со своим маленьким ведерком, ходил раза по два-три, а то – и чаще. Познакомился Кешка и с Лесачевскими мальчишками. Те тоже – и воду таскали, и грядки пололи. «Наверное, на молодильные яблоки зарабатывают», — думал внук Матвея Серафимовича, но разговора на эту тему не заводил, помнил – тайна!

Так прошел почти месяц.

И вот однажды дедушка сказал:

— Завтра папа приезжает – домой тебе пора…

Кешка вдруг огорчился. Глаза мальчика наполнились слезами, и он шмыгнул носом. А когда Матвей Серафимович  отлучился по делам, Кешка отправился к колодцу. Там он зажмурился и прошептал:

— Хочу увидеть Лешего! Очень хочу! Срочно!

— Дык – гляди! – раздался хриплый голос.

Мальчик открыл глаза и увидел лохматого и бородатого дядьку, который весело ему улыбался.

— Дяденька, не успел я! Не успел! – расплакался Кешка.

— Цыц! – прикрикнул Леший. – Все мы знам! И шо огурчиков маловато, и шо помядорки не поспели, да и тыквы – весу не набрали. Все знам!

— Что же теперь делать? – спросил мальчик, вытирая кулаками слезы.

— Я тябе, так и быть, одно яблоко дам, на пробу, значицца. Сработат – приезжай на будущий год и остальны заслуживай! ПонЯл?

— ПонЯл! – обрадовался Кешка.

— Понял он, — усмехнулся Леший. – Ты, малОй, запомни, шо не тока твому деду яблоки нужны, а и папе-маме тожа! Так шо, зубья – чистить, руки – мыть, взрослым – помогать! А уж яблоки – за мной! Обеспечу, не боись! Ну, и учицца нада как пологацца. Всё, окончен разговор. Беги до дому!

— А яблоко?

— А, ну да! Ты в саду у дедушки выбери то яблоко, которо на тебя глядит, и отдай Матвею – оно и есть молодильно! Давай, бяги!

И мальчик убежал.

Вернувшись домой к Матвею Серафимовичу, он, перво-наперво, юркнул в сад и – к яблоне. Яблоки были еще зеленые, но одно показалось Кешке и покрупнее, и поспелее. Его-то мальчик и сорвал.

А вечером, когда они с дедушкой почитали о приключениях Незнайки, Кешка достал яблоко и подал его Кашеварову-старшему, со словами:

— Вот, дедушка – молодильное яблоко. Правда, всего одно… Только ты не огорчайся, я ведь теперь знаю, что и как надо делать, чтобы много таких яблок получить. Для тебя, для мамы, для папы. Я на будущий год к тебе опять приеду и еще яблок молодильных раздобуду.

Матвей Серафимович погладил внука по голове, потом чмокнул в макушку и сказал:

— Спасибо тебе, внучек! Спасибо тебе, яблочко моё молодильное!

Свой последний вечер в Лесачевске, Кешка провел в раздумьях. Так и уснул, всё пытаясь понять – почему дедушка его яблочком молодильным назвал.

 

А утром приехал папа.

— Ну, батя, — сказал он Матвею Серафимовичу. – Ты прям лет на пять помолодел. И как это тебе удалось?

Дедушка и внук поглядели друг на друга и улыбнулись – они-то знали, что это волшебное молодильное яблоко помогло.