Департамент колонизации. Глава 1

19.09.2020 0 Автор granchel

Аллан без труда отыскал в недрах Департамента социального попечения кабинет, дверь которого украшала табличка: «Инспектор Д. Ф. Смит».

«Безликая какая-то фамилия, — мысленно усмехнулся посетитель. – Как раз для мелкого клерка».

Хозяин кабинета действительно оказался малоприметным: невзрачный молодой человек лет двадцати пяти, тщательно прилизанные волосы, серый пиджак на спинке стула, серая сорочка с закатанными рукавами.

— Здравствуйте, сэр, — наигранно бодро сказал Аллан и оглядел кабинет – крошечную комнатку, в которой едва помещались два стула и письменный стол с компьютером.

Инспектор, не отрывая взгляда от монитора, кивнул в сторону стула и буркнул:

— Здравствуйте, мистер Андерсон.

Посетитель присел и слегка напрягся. В голове его мелькнуло: «Тоже мне, пуп земли. Сидит тут, вершитель судеб – глазенки пустые, да и голова, похоже, не самая полная. Уверен, поди, что с ним-то ничего подобного никогда не случится»,

Смит тем временем просматривал досье Аллана. «Ничего особенного – типичный неудачник, — подумал хозяин кабинета. – Выглядит, конечно, неплохо – не опустился. Но все равно – нахлебник. Он ведь и мои налоги проедает… Неудачник, одним словом. Туда ему и дорога». А вслух сказал:

— Мне очень жаль, но правительство не может вас больше содержать, мистер Андерсон.

Аллан почувствовал, как кровь отхлынула от лица – сбывались худшие опасения. Но все же с надеждой в голосе, тщательно подбирая слова, он заметил:

— Мне казалось, что есть еще три месяца. У меня и талоны на питание получены, и пропуск на ночлег…

Губы Смита тронула едва приметная снисходительная улыбка человека, привыкшего за три года работы к тому, что все без исключения его подопечные, пытались найти хоть какую-нибудь зацепку, чтобы не отправляться в Департамент колонизации. Некоторые воодушевленно принимались рассказывать о том, что вот-вот, буквально завтра-послезавтра, получат место в какой-то там фирме. Другие надеялись убедить, что оформляют наследство, оставшееся от богатого дядюшки или не менее богатой тетушки. Третьи выдумывали истории о состоятельных невестах или женихах и предстоящих свадьбах. Четвертые просто начинали хныкать, взывать к милосердию и умолять включить их в списки потенциально востребованных специалистов. А пятые…

— Вы прекрасно знаете, что время вышло, — оторвал взгляд от монитора инспектор и посмотрел куда-то сквозь посетителя. – С талонами произошло досадное недоразумение – срок социального попечения истек вчера.

— Недоразумение? – возмутился Андерсон очень даже убедительно. – Какое недоразумение? Проверьте хорошенько мои данные – компьютер что-то напутал. Я ведь три месяца работал подсобником, на строительстве Стар Билдинг. Там должно быть записано, в компьютере вашем.

Вот-вот, а пятые старались доказать, что произошла ошибка. Сколько их таких прошло через этот кабинет…

— Вы хоть себя-то не обманывайте, — холодно отреагировал на пылкую тираду инспектор. – Взрослый ведь человек – тридцать пять лет все же…

— Но я на самом деле работал – не сдавался Аллан.

— Мистер Андерсон, ваш работодатель не стал обременять себя оплатой необходимых налогов. И я подозреваю, что вам об этом известно.

— Урод, — процедил сквозь зубы посетитель. – Обещал ведь… Что же теперь делать?

— Что делать? – переспросил Смит, привычно подражая интонациям просителей, выбравших тактику уговоров, пытавшихся давить на жалость. – Все очень просто: надо отправиться в Департамент колонизации – и все дела!

Инспектору не было жаль этого молодого мужчину с умными голубыми глазами. Ну, кто же виноват, что родители его погибли в автокатастрофе, и воспитываться пришлось в государственном интернате? И кто виноват, что его бросила жена? И кто виноват, что он потерял работу? И вообще, почему он, Джеймс Фитцджеральд Смит, должен жалеть какого-то там неудачника? Вот Смит смог же устроиться в этой непростой жизни, найти в ней свое маленькое уютное местечко. Да, конечно, приходилось и одноклассников обманывать, и однокурсников подставлять, и коллег подсиживать. Пришлось и жениться на глупой толстушке, но ведь за все в этой жизни приходится платить! Зато папочка ее – далеко не последний человек в Департаменте социального попечения. Ну, а этот Андерсон? Всю жизнь куда-то стремился, чего-то добивался, что-то кому-то доказывал и — что?

«И – что? – подумал Аллан, — Неужели нет никакого выхода? Неужели придется пойти в Департамент колонизации, как барану на бойню? Ну, нет, не может быть, чтобы другого выхода небыло»!

— Других вариантов нет? – спросил он на всякий случай клерка, хотя и был уверен, что получит отрицательный ответ.

Хозяин кабинета откинулся на спинку стула и ехидно прищурился.

— Другие варианты есть и их масса. Только все они вряд ли вам подойдут. Можно, например, как многие слабонервные, наложить на себя руки. Можно перейти на нелегальное положение и примкнуть к какой-нибудь преступной группировке – кушать-то хочется. Можно попытаться сбежать куда-нибудь в Центральную Африку, где есть еще несколько стран, в которых безработных не высылают, а гуманно дают умереть с голоду. В вашем случае, можно еще попытаться найти богатую вдовушку лет шестидесяти-семидесяти – внешность позволяет.

Андерсону очень захотелось дать в эту наглую, самодовольную рожу, но он прекрасно понимал, что тогда ему прямая дорога в «первый десант».

Смит бросил незаметный быстрый взгляд на сжавшиеся кулаки посетителя и продолжил свою речь, понимая, что опасаться ему абсолютно нечего:

— В первом случае, вас кремируют и, как сироту, даже не в урну пепел поместят, а в мусорный контейнер. Если же выживите, то опять же – в Департамент колонизации. Перейдете на нелегальное положение – поймают рано или поздно и отправят в «первый десант». Ну, а в Африку бежать я бы вам искренне не советовал – из страны не выпустят, обложат, как зверя. А богатые вдовушки давно уже разобраны более проворными и дальновидными конкурентами. Да и времени у вас вообще не осталось. Так что, мистер Андерсон, не глупите и отправляйтесь по назначению. Сейчас шестнадцать десять. До Департамента колонизации вы легко доберетесь за полчаса. Короче, ровно с семнадцати ноль-ноль, вы – вне закона. Ваши проездные документы, талоны на питание и на проживание, а так же удостоверение личности, будут аннулированы, а сами вы – объявлены в розыск.

— Прекрасная перспектива, — задумчиво протянул Аллан. – Жаль, что беседа наша записывается…

— А то бы в морду дали? – усмехнулся клерк.

— Возможно, — покачал головой посетитель. – В принципе, стать просто колонистом или попасть в «первый десант» — сейчас я особой разницы не вижу. Как думаете? Может все-таки врезать, а? Ладно-ладно, не напрягайтесь. Я ведь понимаю, что лично вы ничего не решаете. Вы – просто винтик, песчинка. И это хорошо. Не дай Бог вам до власти дорваться! Мерзкий вы человечишка, мистер Смит.

Хозяин кабинета подался вперед, навис над столом и прошипел:

— Время идет, поспешите.

— До свидания, сэр, — натянуто-радушно улыбнулся Андерсон, не спеша поднялся и вышел из кабинета.

«Мразь какая! – подумал ему вслед  клерк. — Неудачник! Никто!»

«Ну и урод!» — подумал посетитель, закрывая дверь.

Коридор был пуст – рабочий день подходил к концу.

— Что дальше? – шепотом спросил сам себя Аллан. – На бойню? Ну, уж нет – будем отмахиваться до последнего. Или — пан, или – пропал! Или – свобода, или – «первый десант»!

Очень захотелось вернуться и дать все-таки по морде этому поддонку, раз уж решено все равно не сдаваться. Но тогда, он даже из здания выйти не успеет…

Андерсон неторопливо проследовал до лифта, спустился с сорок шестого этажа, спокойно прошел мимо полицейского поста в фойе и вышел на улицу.

Город гудел растревоженным ульем. По улице сплошным потоком тащились электромобили разнообразнейших мастей и марок. Тротуары были еще полупусты, но и им меньше чем через час предстояло превратиться в бурные реки куда-то спешащих, орущих кому-то в ухо, жующих что-то, угрюмо молчащих людей, похожих друг на друга, как вареные яйца – серые люди в серых пиджаках.

Аллан не любил центр города, особенно с пяти до шести часов вечера. Казалось, что в это время здесь даже воздух становился серым.

Здание Департамента колонизации было всего в четверти часа ходьбы и Андерсон медленно направился в его сторону – если видеокамеры и следят, то лучше уж полицию не раздражать раньше времени, не вызывать преждевременных подозрений. Но когда идти оставалось всего несколько десятков шагов, Аллан свернул к станции метро и влился в толпу. Под землей он не стал долго размышлять, а сел в первый попавшийся поезд. Проехав лишь до следующей станции, сделал пересадку и уже через десять минут был на окраине мегаполиса. Тут и дома были пониже, и фасады не такие, мягко говоря, ухоженные, и машин гораздо меньше. А самое главное, тут можно было запросто найти таксофон, в котором разбита видеокамера – молодежь любила развлекаться, что-то ломая, поджигая или переворачивая. Та самая молодежь, которая жила в этом и ему подобных районах. Та самая молодежь, которая все свободное время болталась на улицах, дралась, пьянствовала, кололась синтетическими наркотиками и презирала любого, кто каждое утро спешил на работу. Правда, в то же самое время, молодежь эта не чуралась денег, заработанных родителями. А к девятнадцати годам, все эти «веселые мальчики и девочки» резко брались за ум: кто продолжал обучение, кто начинал работать. Были, конечно, и те, кто образа жизни не менял, но и они примыкали к какой-нибудь преступной группе и начинали жить по ее законам.

Полиция не слишком утруждала себя патрулированием окраин – там, как ни странно, преступлений происходило совсем не много, там было кому поддерживать порядок, пусть и весьма своеобразный. Аллан с этой системой был достаточно близко знаком и в общем-то не удивился, когда из подворотни вышли два молодых парня, одетых в потертые кожанки.

— Э, мужик! Погоди-ка!

Андерсон остановился и спокойно подождал, пока бритоголовые юнцы нарочито медленно подошли к нему. Одному, тому, что повыше, было лет восемнадцать, второму же, низенькому – не больше шестнадцати.

— Ты не местный, вроде, — начал разговор старший. – Каким ветром занесло?

— Таксофон ищу.

— Таксофон? – удивился парень. Знаешь, мужик, сразу выводы кое-какие напрашиваются. В нашем районе почти все таксофоны без видеокамер, а это значит, что ты от кого-то прячешься.

Коротышка смотрел на своего напарника с нескрываемым восхищением, и в его взгляде можно было прочесть: «Ну, ты и умный!»

— Прячусь, — кивнул Аллан. — От полиции прячусь.

— Ага,  — обрадовался парень. – Ну, судя по всему, ты не профессионал. Скорее всего, или жену жестковато приласкал, или в пьяную драку ввязался, или просто безработный и пособие твое кончилось. Что скажешь? Только не ври мне, не советую. Да и к чему тебе это…

— А тебе к чему?

— Грубишь?! – взвизгнул вдруг коротышка и заискивающе заглянул в глаза старшему, словно ожидая похвалы.

— Погоди, Дик, — успокоил дружка высокий парень и тут же вернулся к разговору с Алланом. — Мне-то тоже ни к чему, ты прав. Но порядок есть порядок. Ты пойми, если тут шляться будут всякие, кто тогда за спокойствие ответит? И с кого спросят, если ты вот сейчас вдруг квартиру какую-нибудь грабанешь? Может ты гастролер какой? Может спокойнее будет просто завалить тебя?

— Я не гастролер, а безработный, — сдался мужчина. – Действительно, пособие мне сегодня отказались выплачивать…

— А колонистом быть не хочешь, — понимающе кивнул парень. — Сейчас кому-то позвонишь, и тебе помогут, да? Прям ждут, не дождутся твоего звонка…

— Должны помочь. Но даже если и не помогут, сам я в Департамент колонизации не пойду.

— Смелый какой! – опять подал голос коротышка.

— Да погоди ты, Дик! Не лезь! А ты, мужик, имей  в виду, что искать тебя, сбиваясь с ног, полиция не станет – у нее других забот полон рот. В розыск тебя, конечно, объявили, но пока кто-нибудь не настучит – живи спокойно. Лишь бы на проверку документов не нарвался.

— Да уж постараюсь, — улыбнулся Аллан облегченно.

— Вот-вот, постарайся уж. А то, может, с нами пойдешь? Наш босс тебе и документы сделает, и работу подберет, и жилье…

— Давай к нам! – развеселился коротышка. – Мы поможем!

— Спасибо, конечно, — слегка смутился Андерсон. – Только я попробую сам выкрутиться. Не получится – к вам приду…

— Если не получится, — расплылся в улыбке парень. — То к нам ты уже не придешь, а прямиком отправишься куда-нибудь к чертовой матери, с «первым десантом». Ну, да ладно, уговаривать не стану – поступай как знаешь. Давай, общайся по своему таксофону и сваливай из нашего района. Договорились?

— Договорились. Спасибо.

Старший из пары бритоголовых, ободряюще кивнул, хлопнул напарника по плечу, и они неторопливо исчезли в подворотне.

«С одной стороны, вроде и нет оснований не доверять этим мальчишкам, — подумал Аллан. – А с другой стороны – звякнут сейчас в полицию и заработают десятку-другую. На дозу, например. Попробовать смыться? Если позвонили, то уже не успею – в метро перехватят. Ладно, поверю. Чему быть – того не миновать».

И он направился к кабине таксофона. Слегка покореженная дверь и выбитые стекла, указывали на то, что уж видеокамеры-то в кабинке точно не было.

Андерсон решительно набрал номер Рут.

Продолжение следует